Меню
16+

«Кяхтинские вести». Газета МО «Кяхтинский район»

18.05.2017 14:11 Четверг
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 19 от 18.05.2017 г.

Человек, не стареющий сердцем

Автор: Елена Первушова
журналист

А.А. Калугина, фото из семейного архива

15 мая 90 лет исполнилось труженице тыла Калугиной Антонине Андреяновне. Человек, не стареющий сердцем – так по праву можно охарактеризовать эту крепкую, жизнерадостную женщину.

Детство
Антонина Андреяновна родилась в городе Кяхта в 1927 году 15 мая. Мама Чиркова Мария Петровна работала в колхозе, стряпала хлеб дома, где была небольшая пекарня. Она выпекала по 7-8 булок в день. Потом хлеб увозили в деревню в деревянных ящиках, кормили колхозников, сеявших пшеницу на полях. Папа Чирков Андреян Евдокимович возил начальство на пролётке. Отец также участвовал в гражданской войне в Кяхте. Раньше здесь были белые казармы, там били и убивали, расстреливали и закапывали наших красноармейцев. Андреян Евдокимович рассказывал, как его били шампалами, вся спина у него была в шрамах. После гражданской войны имел ранение. Во время Великой Отечественной войны отец служил в военизированной охране в тюрьме в Гусиноозёрске.
В семье у них было пять сестёр и два брата, всего семь детей. Антонина была четвёртым ребёнком. Сейчас в живых из семерых детей осталась лишь она. Жизнь разбросала некоторых по России, кто-то покоится на Украине, кто-то — в Джиде.

И началась война
Тоня училась в восьмилетней 4 школе. Только закончила 5 классов, как началась война. Ей тогда исполнилось 15 лет.
«Однажды мы с двумя подружками гуляли на территории нынешней Площадки Ж, — рассказывает Антонина Андреяновна. — Тогда там были огороды военной части, огороженные железной проволокой. И вот мы идём, а на встречу нам полная женщина. Она говорит:
- Девочки, вы кушать хотите? — а тогда же голодовка была.
– Хотим! – отвечаем.
- Приносите нам воду вёдрами на коромыслах в бочки, а мы вас досыта будем кормить. В 7 часов завтрак — не опаздывайте, в 2 часа обед, в 7 – ужин. Заполните бочки – пойдёте домой.
Ноги уставали очень, потому что с пустыми вёдрами мы шли с горки, а уже с полными – под горку. Может поэтому сейчас и болят у меня ноги».
Училась Тоня хорошо, очень хотела быть грамотной. Когда носила воду, мечтала, как она будет хорошо писать, у неё был красивый почерк. Но во время войны школу закрыли и учёба прервалась.
В 16 лет в 1942 году Тоня с тремя подружками-одногодками пошла в военкомат. Это были высокие и худые девушки, одетые плохо, не по-зимнему. "Там нас спрашивают: Вы куда?" – рассказывает, смеясь, Антонина Андреяновна.
— А мы на фронт, — отвечаем, а сами стоим, руки опустили.
- А фронт-то от нас далеко, на западе, — говорит начальник военкомата. — Вы сколько классов-то кончили?
- Пять. Мы хотим раненных носить.
- Вас самих-то носить надо, — удивился командир.
- Хотим кашу есть досыта, — не унимаемся мы.
- Что умеете делать?
- Стирать умеем.
Он берёт трубку и звонит в военный городок». Поговорил с кем-то и отправил девушек в штаб. Пообещал, что там дадут им работу и будут кормить досыта кашей. Сказал, что так в тылу они здесь будут защищать нашу родину. Побежали девчата бегом в штаб, заведующая прачечной показала им фронт работ. Надо было стирать солдатскую одежду. Всего стирало 10 человек. «Кальсоны были все чёрные, в прорехах, — вспоминает Антонина Андреяновна. — Стирали мы до мозолей, все руки в пузырях были». Так простирала Тоня два года. Денег им не платили, а только кормили кашей. Давали маленький кусочек сала, вываренный в супе, клали его на кашу – овсяную, пшеничную или пшенную (других круп не было), и хлеб давали.

Работа не прекращалась
Однажды Тоня увидела объявление: «Требуются работники на огород». Раньше в местности подъёма на Бургутуй были военные огороды спецторга. Там нужно было наполнять бочки из запруды. В этом месте Тоня отработала два года с 1943 по 1945 года. Ей выдали трудовую книжку, платили зарплату. Только деньги тогда были бесполезны, на них ничего нельзя было купить — на базаре и в магазинах было пусто. 100 рублей стоила булочка хлеба. Антонина получала паёк на месяц – 500 г пшёнки, 500 г ячневой крупы, 500 г сахара, 500 г кукурузной муки, пол литра растительного масла, 5 пачек папирос «Казбек».

Закройщица Тоня
Следующим жизненным этапом у Антонины Андреяновны была работа на Кяхтинской обувной фабрике. Туда в 46-м году она поступила учеником, три месяца училась на закройщицу. Потом успешно работала, была передовой работницей, её фотография постоянно висела на доске почёта. Работа была тяжёлая, кроили кожу – шили сапоги солдатам. Был план – выкроить кожу для 250 пар сапог в месяц. При этом надо было ещё умудриться сэкономить, а если потратишь больше кожи, чем положено – высчитывали из зарплаты. На этом месте Тоня проработала 20 лет. Потом обувная фабрика закрылась, и открылась ПТФ – прядильно-трикотажная фабрика, где женщина проработала ещё год и родила вторую дочку.

Брежнев, Косыгин и Громыко
После декрета она уволилась с ПТФ, так как было слишком далеко ездить, и устроилась в ЦРБ санитаркой. В больнице Антонина Андреяновна проработала с 1966 года по 1990 год — 25 лет беспрерывного стажа. Работа была снова тяжёлая, воду приходилось таскать. Много всякого повидала женщина – были и резанные, и молнией ударенные, и тонувшие – много крови. Поэтому когда ей предложили перейти на санэпидстанцию, она не раздумывая, согласилась. Там она и доработала до заслуженной пенсии. «В молодости у меня были косматые брови, — рассказывает она, — и меня на работе прозвали Брежневым, подругу мою — Косыгиным, а ещё одну низенькую — Громыкой».
Антонина Андреяновна имеет много почётных грамот, медалей. Она почётный донор России, сдавала кровь 17 лет. «Многие моей кровью живут, — с гордостью говорит она. — До сих пор благодарят и открытки присылают на День медика. Я вся исколота, как наркоманка, — смеётся. — Брали тогда 400 грамм крови, а если поступал тяжёлый больной, то сразу 500 грамм. Потом меня прям качало, после давали густой сладкий чай с маленькой шоколадкой, которую я относила домой детям».

Семья
Первый муж Илья Калугин, вернувшись с войны, умер от туберкулёза. Осталось двое сыновей — Владимир и Николай. Одна она прожила и проработала три года. Потом замуж её позвал Андрей Серебренников, любивший Тоню с детства. Родили они ещё двух дочерей – Люду и Аллу. Андрей детей не различал, даже больше любил Колю с Володей, чем родных дочек. Учил их пилить и колоть дрова, и другим ремёслам. Сейчас они ему очень благодарны за любовь и мужскую науку. Звали они его «тятя».
Все дети у Антонины Андреяновны добрые, хорошие люди. Когда матери нужно было лечить глаза от катаракты, младшая дочка Алла забрала её к себе в Иркутскую область. К сожалению, один глаз спасти не удалось из-за корыстного врача в Тулуне. Он продержал больную, не давая ей направления в Иркутск, только после «конверта» отправил её туда. Но один глаз спасли – сделали операцию.
В 1999 году Антонина неудачно упала и сломала шейку бедра. Сразу же её забрал к себе младший сын Коля с женой. Они ухаживали за матерью и смогли поставить её на ноги. Антонина Андреяновна может сейчас на ходунках самостоятельно передвигаться. Сейчас они живут вчетвером, все вместе, очень дружно с внуком инвалидом Андреем. Всего у Антонины Адреяновны 20 внуков и правнуков.
Антонина Калугина — труженица тыла, награждена медалью за доблестный труд. Вся грудь у неё увешана медалями. Хорошее и тёплое впечатление осталось у меня после разговора с Антониной Андреяновной. Человек, прошедший столько испытаний, всю жизнь трудившийся на тяжёлых работах, не упал духом. Лицо у неё сияет добротой и гостеприимством. Пока мы разговаривали, пришли коллеги из СЭС – поздравили Антонину. Как же она была рада им. У таких людей нам надо учиться жизнелюбию, стойкости, величию души.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

40